Сказка Как появились броненосцы

Как появились броненосцы - сказочника Киплинга.Сказку можно читать детям онлайн, либо скачать к себе на телефон или компьютер в трех форматах fb2, txt, rtf. Больше произведений вы можете посмотреть в сборнике сказок в разделе Сказки Киплинга



 

Понравилось? Поделись с друзьями:

Сказка рекомендована для чтения детям 5 лет

Теперь, моя любимая, я расскажу тебе о том, что случилось в давно-давно прошедшие времена. Так вот, в эти далёкие времена жил да был колючка-ёжик, жил на берегах большой бурной реки Амазонки, где поедал улиток в раковинах, слизняков и тому подобные вещи. Он был очень дружен с тихоней-черепахой, которая тоже жила на берегу Амазонки, ела листики зеленого латука и другие растения. Ну, значит, все было в порядке, правда, моя любимая.
Но в те же самые стародавние времена на берегах бурной реки Амазонки жил пятнистый ягуар и ел все, что только мог поймать. Когда ему не удавалось поймать оленя или обезьяну, он ел лягушек и жуков. Однажды ему не удалось проглотить ни одной лягушки, ни одного жука; опечаленный зверь пошёл к своей матери-ягуарихе, и она научила его ловить ежей и черепах. Грациозно помахивая своим хвостом, она несколько раз повторила:
— Сынок, когда ты увидишь ежа, брось его в воду; там он развернётся; когда же ты поймаешь черепаху, выцарапай её когтями из её панциря.
Совет был хорош, душечка моя.
В одну прекрасную ночь пятнистый ягуар натолкнулся на берегу реки Амазонки на колючку-ёжика и тихоню-черепаху; два друга сидели под стволом упавшего дерева. Бежать им было некуда; поэтому колючка-ёжик свернулся в колючий шар: ведь на то он и был ёжик. Тихоня же втянула свою голову и лапки под панцирь: ведь на то она и была черепаха. Значит, крошечка моя, они поступили умно. Правда?
— Ну-с, прошу обратить на меня внимание, — сказал пятнистый ягуар, — дело серьёзное; моя матушка сказала мне: «Если ты встретишь ежа, брось его в воду, тогда он развернётся; если ты увидишь черепаху, выцарапай её лапой из-под её панциря». Теперь объясните — кто из вас ёж и кто черепаха? Сам я решительно не могу понять этого.
— А ты хорошо помнишь, что именно сказала тебе твоя матушка? — спросил колючка-ёжик. — Хорошо ли ты помнишь её слова? Не сказала ли она, что, вынув ежа из-под его оболочки, тебе следует бросить этого зверя на панцирь?
— Ты вполне уверен, что тебе сказала твоя мама? — проговорила также тихоня-черепаха. — Ты вполне уверен в этом? Может быть, она велела тебе подбросить ёжика лапой, а черепаху царапать до тех пор, пока она не развернётся? Не это ли советовала тебе твоя мамаша?
— Кажется, она говорила совсем другое, — протянул пятнистый ягуар, но он был сбит с толку. — Пожалуйста, повторите, что вы сказали, только хорошенько, чтоб я понял все.
— Поцарапав воду лапой, ты должен распрямить когти ежом, — сказал колючка. — Запомни это; это очень важно.
— Но, — прибавила черепаха, — когда ты схватишь когтями мясо, ты уронишь его в черепаху. Как ты этого не понимаешь!
— Я ровно ничего не понимаю, — ответил пятнистый ягуар, — кроме того, я у вас не спрашивал совета. Я только хотел знать, кто из вас ёж и кто черепаха?
— Этому я учить тебя не стану, — сказал колючка. — Но если желаешь, выцарапай меня из моих щитов.
— Ага, — сказал пятнистый ягуар, — теперь мне понятно; ты — черепаха. А ты думала, я этого не пойму? Ну-ка!..
Пятнистый ягуар быстро протянул свою мягкую лапу, как раз в ту минуту, когда колючка свернулся в колючий шар. И конечно, иглы жестоко искололи лапу ягуара. Хуже того, пятнистый зверь катил колючку все дальше и дальше по лесу и, наконец, закатил ёжика в такие тёмные кусты, где никак не мог найти его. Опечаленный ягуар взял в рот свою исколотую лапу, и уколы на ней заболели сильнее прежнего. Он сказал:
— Теперь я понимаю; это была совсем не черепаха. Ну, — тут он почесал голову здоровой лапой, — как узнать, что другой зверёк — черепаха?
— Да, я черепаха, — проговорила тихоня. — Твоя матушка сказала совершённую правду. Она велела тебе выцарапать меня из-под моих щитов. Начинай же!
— А минуту тому назад ты говорила совсем другое, — сказал пятнистый ягуар, высасывая из своей мясистой лапы засевшие в ней иголочки ежа. — Ты говорила, что мать учила меня чему-то другому.
— Хорошо, предположим, ты сказал, что я сказала, будто она сказала что-то совсем другое, но какая же в этом разница? Ведь если она сказала то, что ты сказал, будто она сказала, выходит совершенно, что как будто я сказала то же самое, что она сказала. С другой стороны, если тебе кажется, будто она велела тебе развернуть меня ударом когтей, а не кинуть в реку вместе с моими щитами, я в этом случае не виновата. Ну, разве я виновата?
— Да ведь ты же хотела, чтобы я выцарапал тебя из твоих щитов? — заметил пятнистый, точно раскрашенный, ягуар.
— Подумай-ка хорошенько и ты поймёшь, что я не говорила ничего подобного. Я сказала, что твоя мать советовала тебе выцарапать меня когтями из моего панциря, — сказала тихоня.
— А что тогда будет? — спросил её ягуар и осторожно понюхал воздух.
— Не знаю; ведь меня до сих пор ещё никогда не выцарапывали из-под моей покрышки; но, по правде скажу тебе вот что, если тебе хочется видеть, как я плаваю, брось меня в воду.
— Я не верю тебе, — ответил пятнистый ягуар. — Вы оба говорили вздор, перепутали все, чему учила меня моя мама, и я совсем сбился с толку и, кажется, не знаю, стою ли я на голове или на моем раскрашенном хвосте. Вот теперь ты говоришь мне слова, которые я могу понять, но это не помогает, а только ещё больше прежнего смущает меня. Я отлично помню, что моя мать учила одного из вас бросить в воду; ну, раз тебе, по-видимому, так хочется очутиться в реке, мне кажется, в глубине души ты не желаешь, чтобы я тебя бросил в волны. Итак, прыгай в воду Амазонки, да скорее.
— Предупреждаю, твоя мамочка не останется этим довольна. Смотри же, скажи ей, что я тебя предупреждала, — проговорила тихоня.
— Если ты скажешь ещё слово о том, что говорила моя мать… — ответил ягуар, но не успел договорить, потому что тихоня спокойно нырнула в Амазонку, долго плыла под водой и вылезла на берег в том самом месте, где её ждал колючка.
— Мы едва не погибли, — сказал ёжик. — Откровенно говоря, мне не нравится этот пятнистый ягуар. Что ты ему сказала о себе?
— Я честно сказала ему, что я черепаха; но он не поверил, заставил меня броситься в воду, чтобы увидеть, кто я такая. Я оказалась черепахой, а он удивился. Теперь он побежал к своей мамаше рассказывать о случившемся. Слышишь его голос?
Рёв ягуара звучал среди деревьев и кустов на берегу реки Амазонки; наконец пришла ягуариха-мать.
— Ах, сынок, сынок, — сказала она и несколько раз грациозно махнула своим хвостом. — Я вижу, что ты сделал что-то, чего тебе не следовало делать. Признавайся.
— Я постарался выцарапать лапой зверька, который сказал, что он желает быть выцарапанным из своей скорлупы, и теперь в моей мясистой лапе занозы, — пожаловался пятнистый ягуар.
— Ах, сынок, сынок, — повторила ягуариха и много раз грациозно помахала хвостом, — раз ты занозил свою лапу иглами, я вижу, что с тобой был ёж. Вот его-то и следовало бросить в воду.
— Я кинул в реку другого зверька; он назвался черепахой; я ему не поверил, но это действительно была черепаха; она нырнула в Амазонку и не выплывает. Мне же нечего есть, и я думаю, не лучше ли нам переселиться на новую квартиру? Звери на берегу Амазонки слишком умны и хитры для меня, бедного.
— Сынок, сынок, — сказала ягуариха и ещё несколько раз помахала своим хвостом. — Слушай меня и хорошенько запомни мои слова. Ёж сворачивается клубком и его иглы торчат во все стороны. Вот как легко узнать ежа.
— Мне совсем не нравится эта пожилая дама, — сказал ёжик-колючка, сидевший в тени большого листа. — Что ещё знает она?
— Черепаха не может сворачиваться клубком, — продолжала ягуариха, по-прежнему шевеля хвостом. — Она только прячет лапки и голову под свой панцирь. Черепаху легко узнать.
— Эта старая дама мне совсем-совсем не нравится, — сказала тихоня. — Даже пятнистый ягуар не забудет таких наставлений. Как жаль, колючка, что ты не умеешь плавать.
— Пожалуйста, помолчи, — сказал ёжик. — Лучше подумай, как было бы хорошо, если бы ты могла сворачиваться в шар. Ну, заварилась каша! Ты лучше послушай, что говорит ягуар.
А пятнистый ягуар сидел на берегу бурной Амазонки, высасывая из своей мясистой лапы иглы ёжика, и повторял:
— Не может сворачиваться клубком, но плавает — это тихоня-черепаха; сворачивается клубком, но не плавает — колючка-ёж.
— Этого он ни за что не забудет, — сказал колючий ёжик. — Поддерживай меня под подбородок, тихоня; я попробую научиться плавать. Уменье плавать может оказаться полезным.
— Превосходно, — сказала тихоня и, пока колючка барахтался в воде Амазонки, поддерживала его, чтобы он не утонул.
— Ты скоро научишься плавать, — сказала черепаха. — Теперь, если ты немножко распустишь шнурки, которыми стянут мой верхний щит, я посмотрю, не удастся ли мне свернуться в шар. Это может оказаться полезным.
— Очень хорошо.
Ёжик раздвинул спинные пластины панциря черепахи, и, после многих и долгих старании, тихоне действительно удалось согнуться.
— Превосходно, — сказал колючка, — но на твоём месте я отдохнул бы немного. А то, смотри, твоя мордочка совсем почернела от натуги. Пожалуйста, отведи меня в воду, и я попробую плавать боком. Ведь ты говорила, что это так легко.
И колючка снова стал учиться плавать; тихоня держалась рядом с ним.
— Отлично, — сказала черепаха. — Ещё поучишься и будешь плавать, как кит. Теперь, пожалуйста, распусти мой корсетик ещё больше, и я попробую наклониться вперёд. Вот удивится-то пятнистый ягуар!
— Прелестно, — сказал ёжик, сбрасывая с себя капли воды. — Право, я принял бы тебя за зверька нашей породы. Ты, кажется, велела распустить твой корсет на две шнуровки? Пожалуйста, побольше выразительности в движениях и не ворчи так громко, не то пятнистый ягуар услышит. Когда ты кончишь упражнения, я попробую нырять. Вот удивится-то пятнистый ягуар!
И колючка-ёжик нырнул; тихоня-черепаха нырнула рядом с ним.
— Отлично, — сказала тихоня. — Научись только задерживать дыхание, и тогда строй себе дом на дне бурной Амазонки. — Теперь я попробую закладывать задние лапки себе за уши. По твоим словам, это такое приятное положение. Вот удивится-то пятнистый ягуар!
— Великолепно, — похвалил черепашку колючка, — но твои спинные чешуйки немного расходятся, теперь они все приподнялись и не лежат одна рядом с другой.
— Ничего, это от упражнений, — сказала тихоня. — Я заметила, что теперь, когда ты сворачиваешься, твои иглы торчат пучками и ты больше походишь на ананас, чем на шелуху каштана.
— Да? — спросил колючка. — Они слиплись, потому что я долго пробыл в воде. Вот удивится-то пятнистый ягуар!
Здесь изображена вся история ягуара, ёжика, черепахи и броненосцев, все сразу. Ты можешь поворачивать рисунок в любую сторону. Черепаха учится наклоняться, а потому чешуйки на её спине разъехались. Черепаха стоит на ёжике, который ждёт своей очереди поучиться плавать. Этот ёжик — ёж японский; дело в том, что, когда мне хотелось нарисовать картинку, я не разыскал в моем саду наших собственных ёжиков. (Это было днём, и они ушли спать под георгинами.) Пятнистый ягуар выглядывает сверху; ягуариха заботливо забинтовала его мясистую лапу; ведь он укололся, стараясь выцарапать ежа из-под его колючек. Он очень изумлён при виде того, что делает черепаха; его лапа болит. Существо со странным рыльцем и с маленькими глазами, через которое старается перелезть пятнистый ягуар — именно броненосец; в таких броненосцев превратятся черепаха и ёжик после того, как они прекратят свои упражнения. Это волшебная картинка; отчасти потому-то я и не нарисовал усов на морде ягуара. Другая причина, почему я этого не сделал, та, что его усы ещё не выросли. Мама-ягуариха любила называть своего сына Увальнем.
Так они продолжали учиться — ёжик плавать, а черепаха сворачиваться клубком, и помогали друг другу. Это продолжалось до утра. Когда солнце поднялось высоко, два друга легли отдыхать и сохнуть, когда же они высохли, то увидели, что совсем перестали походить на прежних ёжика и черепаху.
— Колючка, — после завтрака сказала черепаха, — я совсем не такая, как была вчера, и мне кажется, я могу позабавить пятнистого ягуара
— То же самое и я думал, — сказал ёжик, — и нахожу, что чешуйки гораздо лучше, чем иголки; я не говорю уже о том, как хорошо и важно уметь плавать. Да, пятнистый ягуар очень удивится. Пойдём к нему.
Через некоторое время они увидели пятнистого ягуара; он все ещё лечил свою исколотую мясистую лапу. Увидев своих друзей, ягуар так изумился, что сделал три шага назад, наступая на свой собственный, как будто раскрашенный хвост.
— Здравствуй! — сказал ему колючка. — Как чувствует себя сегодня твоя прелестная грациозная мамочка?
— Она совершенно здорова, благодарю, — сказал пятнистый ягуар. — Но прошу извинения, я не помню твоего имени.
— Как это нехорошо с твоей стороны! — сказал колючка-ёжик. — Ведь именно в это самое время ты вчера старался выцарапать меня когтями из моего панциря.
— Да ведь вчера у тебя не было щитков! Ты ведь был в иголках, — возразил пятнистый ягуар. — Я это отлично знаю. Только посмотри на мою лапу.
— Ты посоветовал мне кинуться в бурную Амазонку и утонуть, — сказала тихоня. — Почему же сегодня ты сделался так нелюбезен и совсем потерял память?
— Разве ты не помнишь слов своей матери? — спросил колючка и прибавил: — Не сворачивается клубком, но плавает — колючка; сворачивается клубком, но не плавает — тихоня.
Они оба свернулись и стали кататься вокруг пятнистого ягуара и так долго катались вокруг него, что его глаза стали круглы и огромны, как колёса у телеги.
Он убежал к своей матери.
— Мама, — сказал ягуар, — сегодня я видел в лесу двух новых зверьков; и знаешь ли, тот, про которого ты сказала, что он не может плавать, — плавает; тот, про которого ты говорила, что он не умеет сворачиваться, — сворачивается. Кроме того, они, кажется, поделили иголки; на обоих чешуя, тогда как прежде один был гладкий, а другой весь колючий; наконец, они оба катаются, и я страшно встревожен.
— Сынок, сынок, — сказала ягуариха, грациозно обмахиваясь своим хвостом, — ёж всегда останется ежом и не может быть ничем, кроме ежа; черепаха и есть черепаха и никогда не сделается другим зверьком.
— Но это уже не ёж и не черепаха. Эти зверьки похожи и на ежей и на черепах, и у них нет названия.
— Какой вздор! — сказала ягуариха. — У каждого существа и у каждой вещи есть своё собственное название. На твоём месте я, до поры до времени, называла бы их броненосцами, вот и все. Кроме того, я оставила бы их в покое.
Пятнистый ягуар исполнил совет матери; главное, оставил в покое двоих зверьков. Но вот что странно, моя любимая: с этого дня до нашего времени никто из живущих на берегах бурной реки Амазонки не называет тихоню и колючку иначе, как броненосцами. В других местах много ёжиков и черепах (например, у меня в саду), но настоящие, старинные и умные существа с чешуйками, лежащими одна над другой, как листки ананаса, и в старые дни жившие на берегах Амазонки, называются броненосцами. Их зовут так, потому что они были необыкновенно умны и находчивы.
Значит, все это кончилось хорошо, моя любимая. Правда?
Сказки Киплинга Редьярда Джозефа

Альтернативный перевод:
1. Откуда взялись броненосцы

Читать другие сказки Киплинга